Откровенно обо всем, от души и с размахом в интервью с городским головой Вадимом Ляхом

Интервью, 16 марта 2017г, 08:38 0 комментариев


   Он встал у руля города в свои 42, уверенно опровергнув все гипотезы психологов о кризисе среднего возраста, с которым справляются не все. Славянцы сразу же назвали его самым молодым мэром города, даже позабыв, что экс-мэру Валентину Рыбачуку в начале его каденции было на два года меньше. Но ничего удивительного в этом нет. Ведь те славянцы, кто внимательно следит за городской жизнью, не могли не заметить молодого, энергичного и деятельного депутата городского совета нескольких созывов Вадима Ляха.

   Он никогда не отсиживался и не отмалчивался. Всегда имел собственную точку зрения и твердо отстаивал ее. Молодость не мешала ему с особым уважением относиться к пожилым людям, ветеранам войны. Он вникал в их проблемы, по возможности помогал им, никак не афишируя этого. Скорее всего, наличием этих и других достойных качеств его личности и была продиктована безоговорочная победа Вадима Ляха на выборах городского головы.

   Нынче горожане благодарят городскую власть за осуществление казалось бы уже несбыточного: за круглосуточную подачу воды, пусть пока только в отдельных городских микрорайонах, за ремонт тротуаров придомовых территорий – этого славянцы не видели с советских времен. И, конечно же, за многое другое…

   Сегодня мы говорим с Вадимом Ляхом больше о хорошем, чем о проблемах, говорим о его жизни и о том, как в ней начинался путь к успеху…



   - Вадим Михайлович, давайте откроем нашим читателям малоизвестные страницы вашей жизни. Откуда вы родом?

   - У меня нет такой исторической родины, где я прожил бы более пяти лет. Мой отец – военный (связист), и его работа подразумевала переезды раз в 4-5 лет, а бывало и такое, что место жительства менялось по несколько раз в год.

   Родился я в Одессе, а когда мне было четыре года, мы оттуда уехали в Монголию. И даже там пришлось пожить в двух местах: изначально это был небольшой город, а потом переехали в военный городок, который находился в пустыне Гоби. Там жизнь проходила в достаточно суровых условиях: перепад температуры от +35 до – 35, пески, никакой растительности. Бывало, попадали и в экстремальные ситуации – по месяцу без света, отопления и т.д.
После Монголии мы жили в районе Львова – городе Броды. Затем отца направили служить в западную группу войск – в Германию. Там я тоже прожил пять лет (так совпало, что тогда же была разрушена Берлинская стена). Там же я окончил русскоязычную школу. Затем уехал в Украину поступать в университет.

   - А что с вашей службой в армии?

   - На тот момент ситуация с армией была следующая:
Для тех, кто получал высшее образование, была определённая броня и таких не призывали. По стопам отца я не пошёл. Он мне тогда сказал, что если хочешь идти в военное училище, то сначала нужно отслужить два года и понять, что такое армия.

   Я решил, что сначала нужно получить высшее образование, а дальше … будет видно.


   - Почему приехали учиться именно в Славянск?

   - На тот момент у меня в Славянске не было ни одного родственника. Ехал поступать в Донецк. Мы с мамой на недельку остановились у её славянской знакомой. Она нам и показала, что здесь тоже есть хороший университет – педагогический. В мегаполис я никогда не стремился, поэтому решил попробовать учиться здесь.

   - По какой специальности?

   - Тогда меня заинтересовала математика/информатика.

   - Работали где-то во время своего студенчества?

   - Со второго курса университета я уже был финансово самостоятельным. Тогда мы с товарищем организовали небольшой бизнес – открыли кафе на девятом этаже общежития №3, где я жил.

   Педагогика, как таковая, мне очень нравится, работать с детьми – милое дело. Правда, заработная плата педагога на тот момент (как и сегодня) не позволила бы жить так, как хотелось.

   - А после окончания университета – чем занимались? Или так и остались в бизнесе?


   - И дальше занимался бизнесом: торговля, оптовая торговля. Правда, уже немножко другого уровня: рестораны, общественное питание.

   - Зная о том, как работает «разрешительно-согласовательная» система в нашей стране, и в связи с тем, что вы со студенческих лет в бизнесе… Вопрос: приходилось ли вам когда-нибудь давать взятку?

   - Система, которая существовала в 90-ых годах, заставляла взаимодействовать с людьми, у которых было «оригинальное» отношение к закону... Тогда это было обычной практикой в бизнесе.

   Также было взаимодействие с различными контролирующими органами – не скрою, что некоторые вопросы приходилось решать с помощью … да, приходилось.

   Тогда не было чётких правил игры. Каждый пытался выжить, как мог.

   - На каком этапе жизни у вас появились мысли заниматься политикой?

   - Не могу сказать, что я прямо таки захотел идти в политику. Здесь получилось, по сути, так же, как и с выбором города. Я в Славянск не ехал целенаправленно учиться. Здесь ни разу не был до того, как приехал поступать в университет.

   В те времена у нас с компаньонами было достаточно модное для Славянска заведение «Гавана» – тогда оно называлось «Лимпопо». Мы там проводили мероприятия и для ветеранов, и для молодёжи – не только коммерческую выгоду искали в этих делах. И тогда один мой знакомый предложил попробовать себя в депутатской работе.

   - В каком году это было?
 
  – 2002 год.

   - Успех на выборах пришел с первого раза?

   - Я пошёл избираться по округу, где и жил – район третьего общежития педагогического университета. Моим соперником был ректор университета, который до выборов 2002 года был депутатом пять созывов подряд – он был несменным депутатом этого округа, и мало кто там баллотировался.

   Это был мой первый опыт. И он оказался удачным. Тем более на выборах 2002 года я шёл не по спискам, а как самовыдвиженец – по мажоритарке. Не было никакого партийного ресурса – только собственные финансы и желание. С тех пор люди поддерживали меня на каждых выборах.

   - А когда пришло время выборов по партийным спискам, почему выбрали Партию Регионов?

   - Поступило такое предложение от людей, с которыми общался. Мне сказали: «Давайте с нами, у нас формируется новая команда. Есть и молодёжное направление». Тогда я и возглавил молодёжное крыло партии – «Молодые регионы». Я долго этим и занимался – курировал проект партийного строительства.

   Тогда под эгидой «Молодых регионов» проходило множество интересных мероприятий.

   А вот после событий 2013-2014 годов к этому направлению, к сожалению, стали прикреплять другой ярлык – «титушки» и т.д. Хотя на самом деле (во всяком случае, в Славянске) такого и близко не было.

   - Когда вы почувствовали в себе амбиции мэра?


   - Будучи депутатом, всегда присутствовало двоякое чувство: хотелось попробовать, но были и некие сомнения. Почему? Потому что в бизнесе ты предоставлен сам себе: можешь работать сутки напролёт, но когда тебе надо, то можешь взять паузу. Нет привязанности к определённым моментам. А здесь – исполнительная работа: приходится вписываться в определенные графики (не только в свои, но ещё и в областные, и прочие). Это всегда останавливало меня.

   Но сложившаяся политическая ситуация в городе тогда подтолкнула меня к решению баллотироваться на должность Славянского городского головы.

   Сегодня многие говорят о социальных «лифтах», которые могут поднимать людей – говорят, что они не работают. Я считаю, наоборот. В ситуации, когда я баллотировался на должность городского головы, «лифт» Оппозиционного блока был открыт, а вот желающих зайти в него было не много.

   - Ваша кандидатура была единственным вариантом Оппозиционного блока на должность мэра, или рассматривался ещё кто-то? Если да, то кто?


   - Предложения делались и другим людям. Называть их имена считаю не очень корректно. Относиться к Партии Регионов (или к ее преемнику – Оппоблоку) можно по-разному. Но были и колоссальные преимущества: например, в этой политсиле реже выносился какой-либо «сор из избы». Существовала мощная партийная этика.

   - Вы ожидали победу в первом туре выборов мэра Славянска?

   - Если бы я не надеялся на победу, то вообще не брался бы. А насчёт победы в первом туре – такой задачи не ставилось. Была понятна перспектива, но никаких гарантий быть не могло. Никто не мог предугадать, каков будет исход тех выборов.

   - Кто был реальным соперником на тех выборах?

   - Не могу ответить на этот вопрос. Расскажу, как шла работа перед выборами.

   Я понимал, что чувства и настроения людей больше созвучны с риторикой Оппозиционного блока. Тем выборам также предшествовала масштабная работа под эгидой Гражданской позиции – группы депутатов, которая сформировалась ещё до местных выборов 2015 года. Мы тогда понимали, что нужно объединяться и работать. Я возглавлял эту группу – скажем, был спикером той команды. Мы не знали, каким образом здесь будет работать Оппозиционный блок. Мы не стали бежать в какие-то проекты, а продолжали заниматься делом. Тогда решили, что партию, которая нам будет ближе, выберем непосредственно перед выборами. Позже появился Оппозиционный блок, прошли выборы в Верховную Раду.

   - Что вам сложнее всего даётся в работе мэра? Есть ли что-то, чего вы не ожидали, когда шли на выборы.


   - Я не сторонник оценивать сам себя. Но есть моменты…

   Знаете, мне близкие люди говорят: шанс был дан каждому (поучаствовать, выиграть). Вопрос в том, готов ли человек к этому или нет. Считаю, что во многих вопросах я был готов. Депутатская работа в течение 13 лет позволяла мне хорошо понимать внутренние процессы жизни города. Для меня не стала работа мэром какой-то неожиданностью.

   Многие люди, которые приходят в политику из бизнеса, сталкиваются с некоторыми сложностями. Ведь в бизнесе всё чётко, ясно и понятно: есть руководитель и его слово – закон. Здесь же приходится добиваться положительных результатов совершенно другими методами.

   Есть такие понятия, как государственная служба, регламенты, правила – приходится придерживаться.
Есть некоторые проблемы в коммуникациях, которые до сих пор не удалось решить: например, вынесение некоторых вопросов на сессию.

   Также есть определенные особенности нынешнего времени. Вот раньше всё было предельно понятно: едешь в Киев за деньгами, или никуда не едешь, а они (деньги) тут сами работают. А теперь появилось гораздо больше источников: деньги международных доноров, областные деньги, «перемещённые» деньги. Не могу сказать, что мы сразу были к этому готовы. Но постепенно справляемся и с этим.

   - Что получилось лучше всего реализовать за время вашей каденции?

   - Я в этом вопросе человек, наверное, скромный. Но давайте так: была точка падения. Задачей №1 было остановить падение, не достигнув дна, а потом начать какой-то рост. Не могу сказать, что на сегодняшний день этот рост заметен визуально. Но хочу сказать, что сделано всё, чтобы этот рост начался. Как бы там ни критиковали и чтобы не говорили, но мы подготовили большой объём проектно-сметных документаций. Предпосылки для роста есть. Для этого роста есть не только деньги местного бюджета.

   Ещё прошлой осенью казалось, что всё хорошо. Но выйдя из зимы, мы увидели, например, ужасное состояние дорог.

   Я тоже нервничаю, тоже переживаю, тоже езжу по этим дорогам, и меня это также всё раздражает… Но я знаю, что в этих вопросах можно навести порядок, и знаю, что вскоре это будет сделано.

   Есть некоторые ситуации, которые меня откровенно расстраивают: например, до сих пор не восстановлено жильё на Семёновке.

   - Но это проблемы, за которые отвечает государство. А на уровне города есть какие-нибудь, скажем так, провалы в работе?

   - Об этом пусть судят избиратели. Я не говорю, что всё сделано «на пятёрку». Можно оценивать на три с плюсом/ четыре с минусом.

   Провалы в работе? Мне сложно сказать. Может, то, что по итогам прошлого года мы могли освоить чуть больше денег? Ну, а с другой стороны сложно было планировать, когда раз за разом менялись правила и условия.
В прошлом году нас подкосило то, что мы вынуждены были потратить 25 миллионов гривен на содержание училищ. А так бы эти деньги могли быть потрачены, к примеру, на ремонт дорог.

   Сегодня, когда мы планируем ремонт дорог, максимально стараемся уйти от бесполезного ямочного ремонта. Разумеется, капитальным ремонтом не удастся охватить все дороги, но мы к этому стремимся.

   Не могу сказать, что нам удалось решить проблему водоканала. Но, во всяком случае, в некоторых домах на Артёма улучшилась подача воды по часам. А, например, в центре города во многих домах вода теперь есть круглосуточно.

   Но пока считаю проблему водоканала «замороженным» вопросом, который может в любой момент «взорваться». Тем более, в этом могут «помогать» и политическими методами. Например, с целью «сковырнуть» мэра.

  – Еще не так давно вас можно было видеть в обществе народного депутата Наталии Королевской, которая представляет Оппозиционный блок. В конце прошлого года началось ваше сближение с партией «Наш край»: например, одним из ваших заместителей был назначен помощник народного депутата Олега Недавы Виктор Воропаев. В последнее время вы вместе с Олегом Недавой бываете на различных общественных мероприятиях. Означает ли это, что Вадим Лях – идеологически – стал ближе к «Нашему краю» и народному депутату Олегу Недаве?

   - На сегодняшний день я как был, так и остаюсь в Оппозиционном блоке. Площадка городского совета открыта для всех депутатов – в том числе и для Олега Недавы, и для Натальи Веселовой. Когда какой-то народный депутат приходит на городские мероприятия, это не значит, что я должен отталкивать кого-то.

   Не секрет, что в последние пару месяцев снизилось присутствие на округе депутатов Юрия Солода и Наталии Королевской. Но уверен, что всё это будет навёрстано. Здесь по-прежнему работают приёмные депутатов, работают помощники, но пока заминка в их личном присутствии.

   То, что заметно активизировал свою работу народный депутат Олег Недава – это факт. То, что он демонстрирует свои амбиции на наш округ – тоже очевидно. Считаю, что в данном случае все должны иметь равные возможности. А если это ещё и в плюс городу – то ради бога.

   У меня нет в планах переходить в партию «Наш край». Не будет такого, что сегодня я вам даю интервью, а завтра выхожу из Оппозиционного блока.

   Как будут разворачиваться события, когда начнутся выборы, и какие там возникнут политические проекты, наверное, никому сегодня не известно – жизнь развивается очень динамично.

   А на сегодняшний день в моих задачах довести до завершения те проекты, которые я на себя взвалил в качестве городского головы.

   А методы влияния на электорат у каждого нардепа свои…

   - А у вас, Вадим Михайлович, есть амбиции побороться за мандат народного депутата на каких-нибудь выборах?

   - Я когда-то говорил, что специфической проблемой Славян¬ска является то, что в здешней политической жизни нет какой-то преемственности. В нашем городе не было мэра, который бы переизбрался на вторую каденцию. У меня есть амбиции эту традицию переломить и выиграть следующие мэрские выборы.

   Что будет дальше? Я пока не готов загадывать. Вижу, что сегодня страна… как на пороховой бочке. Есть вещи, в которых я разбираюсь, и как-то могу повлиять на ход событий, а есть те, по поводу которых я даже не берусь рассуждать. Зачем сотрясать воздух там, где от меня ничего не зависит.

   Когда будут выборы в Верховную Раду? Я пока не готов ничего сказать.

   - Вы уже больше года являетесь мэром Славянска, а на публичных мероприятиях вас ни разу не видели с супругой… Почему так?

   - Потому что мы находимся в разводе с 2013 года. Хотя отношения между нами очень хорошие. Знаете, есть такая мысль «чтобы сохранить отношения, иногда нужно … развестись» – вот это тот случай. Мы и расходились, и сходились. Но на сегодняшний день мы даже живём под одной крышей. Хотя у каждого своя жизнь.

   - Как мэр Славянска проводит выходные дни? Кафе? Бильярд? Может, ночной клуб?

   - Ничего не изменилось с тех пор, как я стал мэром. По этому поводу есть много домыслов и противоречивой информации. Я к этому привык, но это даже не связано с мэрской работой.

   Я искал в себе причину.

   Почему так? Почему кому-то я кажусь доступным и коммуникабельным человеком, а кто-то считает меня заносчивым?

   Мне кажется, это связано с тем, что я достаточно своеобразный человек: я могу пообедать в самом дорогом ресторане в городе и получить удовольствие от еды, но с таким же успехом меня можно увидеть на «Паралелле» с хот-догом и кофе – и это тоже может быть моим обедом.

   По тому же принципу я могу провести ночь в пятизвездочном отеле, а могу неделю жить в палатке – так было и до мэрства, и сейчас.

   Начиная с 2012 года, мы с друзьями регулярно ездили в Днепр на фестиваль «Краще місто» и там жили в палатках.

   Я люблю сходить, например, в «Таллер» или «Баррель». Съездить на рок-концерт с компанией.

   Меня можно увидеть и с бокалом вина, и с бокалом пива – я не прячусь. Но я не веду себя как-то неадекватно, не напиваюсь. Впрочем, и до того, как стать мэром, я этим не злоупотреблял.

   Никакого нового увлечения у меня с того момента, как стал мэром, не появилось. Как любил рыбалку – так её и люблю. Как не любил охоту – так и не люблю. И мой дед, и мой отец (потомственные охотники) сильно разочаровывались в том, что я не охотник. В 90-ых я купил охотничье ружьё, получил все разрешения, но потом понял, что это не моё и подарил ружьё отцу.

   Я люблю готовить кушать.

   Какой-то отпечаток откладывает на мне работа, но, кажется, что ничего особенно не изменилось.

   Нравилось читать – нравится и сейчас. Правда, сейчас и на это времени особо не хватает. Когда еду в поезде, всегда читаю книгу

   - Последняя прочитанная книга – какая?


   - «Чёрный лебедь» и «Антихрупкость», автор – Нассим Николас Талеб.

   Чтобы отвлечься, могу сходить в кинотеатр. В большом городе могу и в iMax пойти. Смотрю разные фильмы: от блокбастеров и детективов до философских фильмов.

   - Если ехать на природу, то куда?

   - На Оскол, в Святогорск, либо в сторону Лимана. Главное, чтобы окружение (компания) было подходящее. Люблю свежий воздух, реку, природу. И не люблю слишком массовые гуляния.

   - Что звучит в машине, когда вы едете на работу? Любимая музыка?


   - В музыке я тоже постоянен. Есть «сердцевина», которая не меняется с 90-ых: Океан Ельзи (с ранних концертов), ДДТ, Би-2, Гребенщиков, Арбенина, Пикник, Кино. Это та музыка, которая всегда есть в моей машине. А остальное – меняется.

   - Какие газеты читаете, регулярно ли просматриваете сайты?

   – Если хватает времени, то стараюсь посмотреть все. Но понимаю, что есть некоторые СМИ, где информация написана полностью через призму собственника медиа. Тем не менее, захожу и на них. В том числе, чтобы услышать и негативную информацию. А вот к объективной информации отношусь нормально – даже если она носит критический характер.

   - Читаете ли вы различные комментарии в Фейсбуке, в которых упоминают вас не в самом лучшем виде? Как вы реагируете на различные нелицеприятные, обидные высказывания, комментарии в ваш адрес в Фейсбуке?


   - Около трёх месяцев назад я ещё не был активным пользователем Фейсбука. Затем мне стало интересно вести свою страничку и в различных группах узнавать определенную информацию. Захожу ли я специально, чтобы почитать, что обо мне пишут? Нет. Если попадается какой-то вопрос, где меня отметили, и он без ругательств и матов, то я готов поучаствовать. Если диалог идёт на слишком низком интеллектуальном уровне, то зачем в него ввязываться?

   Скажу вам честно. Когда я шёл на выборы, то прекрасно понимал, что определенную часть людей я никогда не смогу заставить отдать свои голоса за меня. Часть людей голосовало не столько за кого-то, сколько просто против меня. Вот здесь, может, и стоит входить в дискуссию и пробовать искать конструктив.

   Первые свои шаги на должности мэра я делал, пытаясь наладить диалог с оппонентами. С некоторыми не получилось. А с кем-то получилось построить продуктивные взаимоотношения.

   - Вы говорили, что ваша среднемесячная зарплата где-то 10-12 тысяч гривен. Выходит, что мэр города с миллиардным бюджетом зарабатывает 400 долларов в месяц. Зачем вам этот «головняк» за 400 долларов? Ведь вы же человек, вышедший из бизнеса, и знаете, как можно зарабатывать намного больше денег!

   - Теперь уже моя зарплата составляет 15 000 гривен в месяц. Точкой отсчёта в этом вопросе был 2014 год. И если сегодня ещё можно было бы подумать: идти в бизнес или нет, то тогда в городе наблюдался полный упадок. Люди в то время даже ремонты дома не делали, не то, чтобы инвестировать в бизнес.

   Думалось так: «Ты хотел попробовать – держи, пробуй. Да, не в лучшее время. Но ты же хотел». А на тот момент – что бизнес с нуля надо было начинать, что политику…

   Тогда я и решил, что раз уж «лифт» отрыт, то нужно пробовать. А нет – в бизнес вернуться никогда не поздно. Мозги же никто не отнимет.

   Плюс ко всему я человек командного типа – никогда не занимался бизнесом в одиночку (всегда были компаньоны). Так и здесь – всегда готов делиться властью и полномочиями. Нужна команда! Я привык доверять людям. И по сегодняшний день продолжаю это делать.

   - Едва ли ни с первых дней работы в должности мэра Славянска вас регулярно «достают» некоторые активисты. Наверное, появлялось иногда желание «поставить на место» особо ретивых (крикливых) активистов?

   - Скажу, что всё равно мы прогрессируем в определенных взаимоотношениях. Вначале это доходило до срывов сессии горсовета, вламываний в кабинеты, деструктива в работе служб исполкома.

   Теперь же мы научились взаимодействовать на более-менее нормальном уровне. Хочешь сказать? Поднимай руку и я дам тебе слово. Хамить, кричать, перебивать для этого не нужно. Я их не игнорирую. Если это пиар – пожалуйста, пиартесь. Если позиция – высказывайте.

   Многие аспекты мы перенесли в суд. Здесь мало приятного, но, тем не менее, теперь мы дали возможность работать службам исполкома. Из-за Ляха предъявлять претензии работнику исполкома, который там работает более 10 лет, не имеет смысла.

   А другие методы? Не помню, чтобы я выяснял свои отношения с помощью каких-то силовых методов, или других способов противодействия. Моя задача -помирить людей и быть (насколько это возможно) консолидатором. А чтоб столкнуть людей лбами, много ума не надо.

   Я не собираюсь отсюда уезжать. Я себя полностью ассоциирую со Славянском. Мой ребёнок учится в нашей школе, мы пользуемся нашими же больницами – мы такие же жители. Просто у нас есть ресурс – путём голосования принять нужное городу решение.

   - Если мы заговорили об активистах… Как думаете: большинство из них работают «за идею», или выполняют чей-то политический заказ?

   - Я думаю, там есть абсолютно разные люди – это 100%. Есть идейные. А есть такие, которые за идеей прячут «соус скрытой работы».

   Многих используют вслепую или через лидеров.

   Есть люди, которые, действительно, идейные. Например, Сергей Лилеев («Свобода»). Да, у нас с ним различные взгляды на многие вещи. Между нами был конфликт. Но то, что человек ушёл на фронт – это позиция, достойная уважения. Если посмотреть на Михаила Нечипоренко, то можно вспомнить, что он говорил об этих вещах всегда. Просто раньше мы его меньше слышали. Но это его гражданская позиция, которую можно было услышать ещё в 2012-2013 годах.

   А то, что некоторые люди по нескольку раз за год меняют идею. Тут конечно вопрос… Что это? Деньги?

   Однозначно, что только дурак не меняет свои взгляды. Ведь идёт жизнь, можно как-то меняться, умнеть. Но когда «перекрашиваются» так быстро, то тут явно не во взглядах дело…

   Для меня никогда не стоял вопрос делёжки Украины на Восток и Запад. Мои родители живут в Мукачево. Я считаю себя человеком мирным и компромиссным.

   Автор Григорий Кульбака

Похожее